АНГЕЛ - ОНА ЗДЕСЬ)))

— Ну, я не знаю… Может быть..., — опустив глаза,
неуверенно ответила я, не зная, что будет дальше.
Он придвинулся ближе, сел напротив и погладил меня
по щеке. Я, немного осмелев, подняла глаза и, протянув
руку, осторожно провела ей по его обнаженной груди.
Он нежно взял меня за талию, касаясь грани, где белую
ткань трусиков сменял темный бархат кожи. Продвинувшись
выше, он как бы нечаянно, прихватил нижний край моей
футболки, и не торопясь, снял ее с меня глядя,
как постепенно открываются все новые островки моей
наготы. Немного полюбовавшись мной, он притянул меня
совсем уже близко. Полностью отдавшись своим ощущениям,
таким новым и таким непонятным, я сама пошла навстречу
его губам, а, слившись в поцелуе, не могла оторваться,
пока он сам не оставил мой ротик переместившись на шею.
Он опускался ниже, а по спине бежали приятные мурашки
и голова немножко кружилась. Когда его губы прикоснулись
к моей груди, плотно сжав ее вершинку вмиг ставшую
твердой, я испытала такую потрясающую волну нового
наслаждения, что если бы стояла, то ноги
перестали бы меня держать. Я легко задрожала,
а дыхание стало таким частым, как будто мне не хватало
воздуха. Я хотела что-то сказать, но мысли, едва
зародившись в голове, тут же бесслесследно исчезали,
таяли, безвозвратно погружаясь в таинственную
бесконечность звездной ночи. Он мягко положил меня
на спину, его руки оказались на моих бедрах, и он
начал медленно стягивать мои трусики, освобождая тело
от последнего лепестка одежды. Стянув их совсем,
он на миг прикоснулся к ним губами, сняв несколько
росинок моей влаги, которая сделала их почти прозрачными
в свете любопытной луны — единственного свидетеля
нашего сладостного безумства. Я видела, как он возбужден,
как его с неимоверной силой притягивает моя нагота.
Он отбросил в сторону мои трусики и быстро избавился
от своих, которые были ему уже невероятно тесны.
Мы прильнули друг к другу горящими от возбуждения телами,
и губы наши слились в сумасшедшем поцелуе.
Он пропутешествовал рукой по моему дрожащему маленькому
телу пока не дошел до того местечка, которое больше
всего хотело, чтобы его приласкали.
Мои ноги послушно открыли его руке дорогу туда,
а когда он проник своими настойчивыми пальцами в мою
маленькую потайную щелочку, я чуть не застонала
от пронзившего меня неописуемого наслаждения.
Я сжала его руку своими ногами, чтобы он не смог
убрать ее оттуда, а ласкал меня, ласкал не останавливаясь…
Он, увлекая меня за собой, сделал так, что я оказалась
сверху; я уже потянулась к его губам, но он прильнул
к моему ротику двумя пальцами той самой руки, которая
только что обследовала мои самые потаенные места.
Я, подчинившись его порыву и утопая в серебряном,
таком близком и таком проникающем в каждую клеточку
моего тела взгляде, медленно провела язычком по его руке,
как — будто благодаря ее за то, что она недавно делала
со мной. Я сползла немножко ниже вдоль по его груди так,
что теперь наши переполненные новыми, волшебными
ощущениями тела соприкасались друг с другом теми самыми
частичками, которые, казалось, и были созданы для того,
чтобы дарить друг другу сладкую негу бесконечного,
трепетного, ни с чем не сравнимого желания…
Он, обхватив меня ниже талии, еще сильнее прижал
к себе, как будто хотел, чтобы я растаяла на нем,
словно льдинка под обжигающими лучами солнца,
и, подавшись навстречу, тут же обжег меня водопадом
своего мужского естества, разлившимся по моим бедрам,
по пушистому мягкому бугорку между ними лаская кожу,
как ночной прилив ласкает песчаную отмель.